Психотерапия алкоголизма.

 

 


Питание для продления жизни

Питание, здоровье и продолжительность жизни
Когда становятся стариками
В чем сущность старения
Ускорители старения
Избыточный вес
Умеренно - ограниченное питание
О калорийности питания
За счет чего надо ограничивать питание
Свойства жиров предупреждать атеросклероз
Холестерин - враг или друг?
Сливочное масло
Белки
Витамины
Противосклеротические витамины
Картофель
Минеральные соли
Оздоровители кишечника
Режим питания

 

 

20 марта.
ИХ ЧЕТВЕРО
: Валерий, Иван, Миша, Жора. Научный сотрудник, инженер, музыкант, рабочий. Жанна Аркадьевна давно подбиралась к этому делу. Перечитывала австрийца Я. Морено, американцев К. Роджерса и Э. Берне, чеха С. Кратохвила, поляка С. Ледера, англичанина С. Фоулкеса, наших соотечественников В. Н. Мясищева, С. С. Либиха, В. Е. Рожнова, болгарина Г. Лозанова. И вот, стало быть, у нас будет наконец коллективная психотерапия. Причем не совсем обычная: коллективная психотерапия алкоголизма.

Расселись. Задаю заготовленный вопрос:
— Как думаете, почему мне веселее живется, чем вам? Недоумение. Потом неуверенные реплики: «Повезло в жизни?», «Зарплата выше?», «Здоровье хорошее?»
— Насчет зарплаты оставим. Зарплата врачей вам известна. Веселее мне по ряду причин, но одна из них такая: мне можно выпить, вам нельзя.
Оживились. Эта тема вызывает традиционный игривый блеск в глазах. В их глазах — и подавно.
— А почему мне можно, а вам нельзя? Предположение: я выносливей.
— Встаньте-ка, Жора. Двухметровый детина встает.
— И вы думаете, я выносливее этого богатыря? Смеются. Непринужденный тон задан. А тут Жанна Аркадьевна расставляет чашки и уходит в соседнюю комнату. Взгляды заинтересованно скользят по чашкам.
— Что будем пить? — спрашиваю.
И поскольку мой вопрос вызывает паузу замешательства, веско вторгаюсь в паузу:
— Чай пить будем. Чаек. Валерий, помогите Жанне Аркадьевне.
Жанна с заварочным чайником входит в сопровождении Валерия, несущего вскипевший электросамовар. У нас есть сахар, сушки, конфеты. Оторопевшие «прожигатели жизни», просаживатели зарплат, обладатели прогулов и выговоров, ходящие по краю пропасти (увольнение, развод, вмешательство милиции), мнут сахар ложечкой, робко тянут чаек.

— Ну, так почему же мне можно? Я имею в виду спиртное, а не чай?.. И сам отвечаю: — Потому что я не алкоголик. А вам нельзя, потому что вы алкоголики. Вот ведь какой парадокс... Может быть, кто-то из вас не считает себя алкоголиком? Иван сказал:
— Я, например, до сих пор не разберусь, алкоголик я или просто пьяница.
— А в чем разница? Все заговорили разом, и у каждштг оказался свой взгляд на то, с какого момента человека можно признать алкоголиком. Судя по всему, никто из четверки себя таковым не считает.
— Поднимите руки, кто из вас может не пить вовсе? Все четыре руки вскинулись вверх. Мы с Жанной переглянулись и расхохотались.
— Так чего же вы пьете,— сказала Жанна,— если можете не пить?
— Да понимаете,— говорит Миша,— дашь себе поблажку: кружечку пива выпить в жару или там стакан вина в гостях, а дальше... понеслась душа в рай.
— Воля слабая,— объяснил Валерий.
— Но если сказал себе «не буду»,— горячо вступил Иван,— то могу и месяц не пить, и два... Недавно целых полгода не пил. Снова все зашумели. Каждый может сказать о себе то же самое, значит, нельзя считать себя конченным человеком, алкоголиком. — Полгода не пили,— обращается Жанна к Ивану.
— Зачем же снова начали? —
Товарищ. Товарищ с Урала приехал. Когда-то вместе служили, как не отметить?
— Ну отметили бы, и ладно,— наседает Жанна.
— А дальше-то зачем? Я перехватываю угрюмые взгляды мужчин. Не понимает их женщина. Дура, что ли?.. Но женщина все понимает.
— Сколько длился у вас запой после того «товарища с Урала»?
— Недели три,— потупился Иван.
— А почему не четыре, не десять? Пауза.
— Деньги у него кончились,— не без злорадства «угадал» Жора.
— Деньги были,— осадил его Иван.
— Не в деньгах счастье. Худо стало, больше не шла. Печень болит, голова болит, руки не работают, сон пропал; не рад жизни... Да еще тоска, срамотища — таких дел натворил в запое, хоть в петлю.
— И тогда вы опять «бросили». Почему же опять начали через какое-то время? — не отстает Жанна.
Иван молчит. За него отвечает Валерий:
— Дело было вечером, делать было нечего. И очень-очень потянуло выпить. А уж как прошел мимо винного, да увидал любезных дружков — все.
— Все,— согласился Жора.
— Еще чаю? — предложил я.— Чай, говорят, не водка — много не выпьешь... Тяга у вас, граждане, тяга к спиртному, а это уже признак алкоголизма. Когда человеком овладевает тяга к спиртному, он перестает быть собой. Это уже психоз, душевное заболевание. Человеку кажется, что он по-прежнему управляет собой, но на деле всеми его мыслями и поступками управляет глухая, свирепая, неумолимая потребность выпить. Потребность искусственная, природой не запланированная: вы сами у себя ее выработали, сами испортили свой организм. И может быть, в состоянии тяги вас надо лечить, как лечат сошедших с ума: насильно класть в больницу, делать уколы мощных препаратов промывать организм... А?
— Хорошо бы так,— поддакнул Миша. Но Валерию это не понравилось.
— Ну зачем же «насильно»... «в больницу»... Можно и самому вовремя прийти к наркологу. Как только начинается тяга.
— Можно?— встрепенулась Жанна.— Так отчего же не приходите? Ведь у вас отличный нарколог, Капитолина Осиповна, она всегда готова помочь, «поднести» вместо чарки успокаивающее или отвлекающее средство!
— Воля слабая,— оправдывается Валерий.— Мелькнет в голове — надо к врачу, а потом думаешь: ничего, обойдется, я ведь только чуть-чуть, один стакан, а больше ни-ни-ни, даже боже сохрани.
— Наведем порядок в голове,— вступаю я.— Наведем порядок, пока вы еще не в полубезумном состоянии тяги, когда все слова бесполезны.
По отношению к спиртным напиткам можно всех людей разделить на четыре категории: непьющие, льющие, спивающиеся (они же пьяницы) и алкоголики. Непьющий может иногда и выпить (если неудобно отказаться), но ничего, кроме тошноты, отупения и головной боли, это ему не дает. Опыт выпивки у него такой неприятный, что он и впредь предпочтет не пить. Пьющему нравится состояние легкого опьянения, нравится вкус хорошего напитка. Я, например, пьющий. Но тяжело пьянеть — «балдеть», как это называется — не люблю. Сколько рюмок я выпил, не считаю, но мне и не надо считать. По своему состоянию чувствую: довольно. Если настаивают, поднимаю чарку, чокаюсь, ставлю на стол. На «провокации» не поддаюсь. Выпиваю нечасто: «ели случается пить больше двух раз в неделю, работоспособность снижается, удовольствия мало. После такой оказии наверняка долго не буду пить: противно. Для выпивки непременно выберу себе компаньона или общество, чтобы завязался теплый и оживленный разговор, чтобы люди пели, танцевали, флиртовали немножко. Одному пить — чудно. Разве при зубной боли, чтобы уснуть, пока не настало долгожданное утро?..

Спивающийся человек (пьяница) отличается от пьющего тремя главными приметами. Первая: ему то и дело хочется выпить. В приятной ли компании, в случайной ли — лишь бы выпить. Нет компании — можно и в одиночку. Вторая: сколько бы он ни выпил, ему хочется добавить. Ни внутренний голос дисциплины, ни физическое состояние не подсказывают ему: хватит. И он «набирается» так, что потом стыдно перед знакомыми, сослуживцами, семьей. Третья примета: он не может обрести душевное равновесие, если не пьет. То ему грустно, то скучно — все надоело, то неуверенность в себе, то злость на весь мир. За этим скрывается бессознательная тяга к спиртному. А чтобы стало спокойно, весело, чтобы мир казался сносным и уверенность в себе распирала грудь, надо почаще пить. И он пьет все чаще.

Алкоголиком можно считать спивающегося с того момента, когда у него появляется «физическая зависимость» от спиртного. Это значит, во-первых, что желание выпить временами становится жадным, как голод у истощенного человека. Вот оно, начало безумной тяги к алкоголю. Во-вторых, это значит, что, выпив сегодня (точнее, «упившись», потому что хочется добавлять и добавлять), вы назавтра больной, разбитый человек с дрожащими руками и мутным взглядом; однако «болезнь» сразу же проходит от новой порции спиртного. Опохмелился — «поправился». Это значит, что сумасшедшая искусственная потребность уже запустила когти в ваш организм и вопит: «Дай! Еще! Еще!..» Вы «поправились», но ведь с первой же капли вам требуется добавить! И после первой бутылки — опять добавить... «Опохмелка» превращается в очередное крупное возлияние. Одна капля спиртного вызывает многодневный (а у иных и многомесячный) запой.

Поняли, почему мне можно, а вам нельзя? Со мной и от полулитра водки ничего страшного не произойдет — только потом год на нее смотреть не смогу (так отравившийся грибами долго не выносит их вида и запаха), а у вас и после одного глотка пива начнется запой со всеми вытекающими последствиями. Потом организм истощится, отравленный мозг затрубит отбой, измученные печень и сердце забастуют. Запой кончится, но это только для того, чтобы организм кое-как залатал прорехи, зализал свои раны, ожил. А чуть он оживет — и звериная тяга к выпивке снова толкнет вас к запою... Причем вы можете даже не сознавать, что это тяга к выпивке. Вам будет казаться, например, что вы соскучились по друзьям или остро нуждаетесь в задушевном разговоре. Вы даже убедите себя, что должны выпить «чуть-чуть», скажем, с добрым другом, у которого тяжесть на душе, «ради компании», чтобы у друга язык развязался. Ну, и так далее. О том, что вас несет и куда, вы часто не догадываетесь. Догадка приходит задним числом. Приходит — если еще ум не пропили... Четверка подавленно молчала. Каждый узнавал себя.

Я перешел к главному:
— Теперь внимание. Пьющий легко становится непьющим, если он так решил или если врач рекомендовал бросить — при язве желудка, скажем. Но спивающийся уже не может стать просто пьющим. Для того чтобы когда-нибудь вернуться к обычной выпивке, предписанной традициями, он должен сперва годами воздерживаться от капли спиртного, то есть записаться в непьющие. И все эти годы надо посвятить систематическому лечению: сам по себе организм не восстановится до первозданной «безалкогольной» чистоты. Что же до алкоголика, то у него один выбор. Либо скатываться по наклонной плоскости дальше — до умственной деградации, ранней импотенции, белой горячки, параличей, судорог и преждевременной смерти. Либо не пить больше никогда. Избегать, как огня, «градусов» в любом напитке...

— А вы, доктор, можете спиться?— нарушил тягостное молчание богатырь Жора.

— Могу,— ответил я, перекрывая общий смех.— Это произошло бы в том случае, если бы меня вынудили пить чаще, чем хочется, и больше, чем хочется... А как часто и как много мне хочется в моем положении «просто пьющего», я вам уже доложил. Вы ведь знаете, что даже белых мышей можно сделать алкоголиками. Как все живое, они хотят лить... Воду, воду, естественно. Но вот экспериментатор день ото дня все больше добавляет спирта в их воду. Привычка выработалась. Результат: теперь из двух колб — одна с водой, другая с водкой — они выбирают для питья «заветную»...

Мы с Жанной Аркадьевной,— перешел я к финалу беседы,— готовы поработать с вами, если вы действительно сделали выбор перестать быть алкоголиками. Я берусь сеансами гипноза и аутотренинга укрепить вашу волю, чтобы вы умели противостоять нахлынувшей тяге. Вместе с вашим наркологом Капитолиной Осиповной я берусь снимать вашу тягу лекарственными препаратами. Жанна Аркадьевна, опытный психолог, хотя и молодая женщина, берется объединить вашу четверку в сплоченную группу, где люди совместными усилиями борются с общей бедой. Группа, скорее всего, разрастется в «восьмерку», даже «десятку», если у вас найдутся единомышленники, желающие лечиться. Не только мы вам поможем — вы сами научитесь помогать друг другу.

Группа будет анонимной — вы вправе скрывать факт посещения наших занятий от всех, кому, по вашему мнению, об этом не следует знать. Мы готовы работать с вами долго — годы, если надо; мы предоставляем вам свои рабочие телефоны — звоните, когда требуется, приезжайте, если что не так. Приезжайте вместе, приезжайте порознь. Приходите просто на чаек, как сегодня. И не обязательно разговаривать на алкогольные темы — есть темы куда более достойные человека. У меня все. У вас, Жанна Аркадьевна?.. Тоже все. Разошлись, товарищи. Выбор за вами. Желающих жду завтра в три на психотерапевтическое занятие. Повестка дня: освоение первых упражнений аутотренинга, погружение в гипноз.

...Жанна Аркадьевна сегодня осталась довольна. Я, впрочем, настроен более скептически. Конечно, я берусь научить человека, чтобы он, почувствовав тягу к спиртному, подавил ее и предупредил запой. Проблема в другом: он действительно может этой тяги не сознавать. Бывает, что алкоголик сознательно испытывает равнодушие и даже отвращение к спиртному. Он думает: «Ну и гадость... Никакого желания выпить у меня нет. Просто надо поддержать компанию... Что ж я: не такой как все?» Но бессознательно его тянет именно к рюмке. И мало того, что он не признается в этом врачу, он самому себе не признается! И с горячностью отрицает, что он алкоголик. Как эти вот четверо. Как убрать бессознательную тягу? Психофармакология ищет такие препараты. Надо надеяться, найдет. Но какое тягостное зрелище — человек в расцвете сил, сделавшийся игрушкой искусственной потребности и неспособный даже осознать это!

Предыдущая       Следующая

Перейти к каталогу статей

загрузка...

Записки психотерапевта.


Симптомы невроза. Невроз или начало психоза?
Психические неполадки.
Бессознательное и неосознаваемое.
Фиксированная установка. Иллюзии.
Смена установок и объективация.
Ассоциативный эксперимент.
Бредовый психоз.
Личная жизнь. Источник неврозов.
Когда бессильна психиатрия.
Жизненные обстоятельства.
Психотерапия алкоголизма.
Больному о нем. Рассказ психотерапевта.
Как развивается ребенок.
Гармония становления мужчины и женщины.
Гипнотический сеанс.
Психотерапия. Пьянство и алкоголизм.
Унижение и неблагодарность. Амбиции.
Мучения и самооправдания алкоголика.
Понимание психолога.
Что такое психотерапия?

загрузка...