Больному - про него. Рассказ психотерапевта.

 

 


Питание для продления жизни

Питание, здоровье и продолжительность жизни
Когда становятся стариками
В чем сущность старения
Ускорители старения
Избыточный вес
Умеренно - ограниченное питание
О калорийности питания
За счет чего надо ограничивать питание
Свойства жиров предупреждать атеросклероз
Холестерин - враг или друг?
Сливочное масло
Белки
Витамины
Противосклеротические витамины
Картофель
Минеральные соли
Оздоровители кишечника
Режим питания

 

 

24 марта.
ШЕСТОЙ СЕАНС. НИНЕ ЛУЧШЕ.
Теперь, пожалуй, моя очередь говорить — рассказать пациентке о ней самой.

После гипноза она, как обычно, размягчена и доверчива. Пользуюсь этим.
— Знаете, что я о вас думаю, Нина? (Ей очень хочется знать.)
— Долгое время вы живете так, словно на вас вот-вот налетят с руганью. А то и с ремнем. С вами как будто что-то не в порядке — вот и рискуете «схлопотать» на каждом шагу... Действительно, многое не в порядке. Личная жизнь до нынешнего времени складывалась не лучшим образом. Я сразу понял, что это так, и незачем вам было скрытничать. Вообще запомните: есть люди, которым действительно интересно, что происходит в душе других. Интересно не ради любопытства или корысти. А так же, как иным интересна музыка, другим философия, третьим драматургия. Это не обязательно психотерапевты или психологи по профессии. Просто люди с умением откликаться на чужое, почти как на свое.

Но вернемся к теме. Многое не в порядке. Предупреждала вас мать, что с Николаем добром не кончится,— так и вышло. Вы поступили по-своему, и это просто везение, что не забеременели в семнадцать лет; сами представляете, во что бы все вылилось. Говорила вам мать — не связывайся с женатым, а вы опять сделали ей наперекор. Положение с Виктором Петровичем пока ведь неопределенное... Я о нем ничего худого говорить не собираюсь! В данном случае неважно, что думаю о нем я, и насколько верите ему вы. Речь о том, какими глазами видится это вашей матери. Вы же не можете об этом не думать: какими глазами видится ей ваша связь. И опять получается: что она вроде права была, а вы остаетесь в дураках.

Не стану особенно углубляться в другие ваши невзгоды последнего времени. Скажу в двух словах: не думаю, чтобы с приездом «дяди» Леши между двумя любящими — вами и Виктором — сохранялась прежняя близость и теплота. Небось и наедине теперь редко удается побыть... Да не смущайтесь вы, чудачка; двадцать лет уже, пора быть взрослой и не стыдиться хоть самой себя!.. В общем, поневоле обозначилось некоторое охлаждение друг к другу. У вас это охлаждение усиливается тем, что в глубине души вы не можете простить Виктору Петровичу его медлительности в решении жизненно важных проблем, не можете простить ему своекорыстия и эгоизма. У Виктора охлаждение — так вам мерещится — растет день ото дня, и не только потому, что в жизни наступил безрадостный и трудный этап, а еще и от неприятных столкновений с вашей родней: вам, видимо, стыдно, что такая досталась родня, так скажите это самой себе прямо, не прихорашивайтесь перед собою!

Думаю еще, что вы в панике. А вдруг мать на самом деле окажется права?.. Поразмыслит еще немного ваш Виктор, поймет, что связь с вами ему только в обузу (ни семейного гнезда не свить, ни сбережений на машину не законсервировать), поприкидывается порядочным и ответственным, а потом — «привет»! Устал душой, и любовь прошла. Куда вы тогда денетесь, брошенная, измученная, да еще «моргунчик»? Как закроетесь от материнского ремня — ну, не в буквальном смысле, так в переносном? Короче, многое с вами не в порядке. Вот так же было и в детстве. Только тогда картина складывалась попроще. Следить за веками, стараться не моргать слишком часто — и мать не будет злиться, не станет наказывать. Следить за веками! Незаметно для вас самой это вошло в привычку. Не в моргании дурная привычка —понимаете, о чем я говорю! Дурная привычка в том, чтобы следить за веками, когда чувствуете, что с вами что-то не в порядке.

Но ведь это ловушка, Нина. Ловушка для невротика. Есть в организме процессы, которые плохо поддаются контролю нашей воли. Они управляются так называемой автономной (или вегетативной) нервной системой; «автономная» — значит независимая, самостоятельная. И эта система ревностно оберегает многие процессы от вмешательства сознания. Правильно делает, что оберегает. Разве вашему сознанию ведомо, как управлять мускулатурой сердца? Вы и понятия об этом не имеете. Я, будучи врачом, тоже «плаваю» в таких вопросах. Поэтому, если мы с вами начнем пристально наблюдать за работой собственного сердца, прилагать к сердцу сознательное волевое усилие, то добьемся одного: учащенного сердцебиения, перебоев в сердечном ритме, замираний в груди и прочих малоприятных вещей. Автономная нервная система словно кричит на нас: «Отойди! Не мешай! Не толкай под локоть, без тебя справлялась и справлюсь». Поэтому когда у человека болезненное, навязчивое внимание к своему сердцу, надо в первую очередь отвлечь его от этого вредного занятия: уговорами, внушениями и даже сильнодействующими лекарствами.

Разве сознанию известно, как распределять тонус кровеносных сосудов в организме? С помощью сознательного волевого усилия вы, впрочем, можете кое-чего добиться. А именно: расширить сосуды в том месте тела, на котором вы сосредоточили внимание. Вы это хорошо изучили во время наших сеансов. Например, я побуждаю вас думать о чувствительности ладоней, вы это делаете — и ладони начинают все быстрее согреваться и тяжелеть. Потому что объем крови, циркулирующей в ладонях, при этом и впрямь увеличивается. Был даже знаменитый опыт: человека укладывали на широкую доску, доску уравновешивали на подставке по центру тяжести, так что положение лежащего становилось строго горизонтальным. Потом испытуемому говорили: «Упорно вспоминайте все ощущения при езде на велосипеде». И ножной конец доски начинал опускаться. Мысленно крутя педали, человек сосредоточивал свое внимание на ногах, а от этого усиливается приток крови к ногам. Вы что-нибудь слышали о йогах? Так вот, они большие мастера сознательным усилием воли и воображения деликатно воздействовать на свою автономную нервную систему. Но это большое искусство.

А теперь послушайте, как можно вредить себе за счет сознательного волевого усилия. У меня был пациент Петя, студент восемнадцати лет. Этот зафиксировал внимание на том, что он краснеет от смущения, когда беседует с девушками. Он и принялся напрягать силу воли, чтобы не краснеть... Но чем больше он заботился о своих щеках, тем румянее они становились от неизбежного притока крови! «А вдруг опять покраснею?» — тревожился он, и от этой тревоги еще усиленнее следил за лицом. И оказывался в ловушке!

Вернемся, Нина, к вам. Вы боитесь часто мигать, и из-за этого стараетесь не мигать. Но мигание, прямо скажем, не ваша забота. Этим занимается ваша автономная нервная система, и ей, как говорится, видней. Существует рефлекс: если глаза застланы слезой или соринками или еще чем угодно, векам посылается сигнал мигнуть и таким способом удалить помеху. При желании вы сами сознательным усилием воли можете направить векам аналогичный сигнал. Но если сами не направите, все и так сработает — рефлекс есть рефлекс. У вас и в памяти может не остаться, мигали вы или нет, а взор очищен. Но вы что делаете?.. Боясь частого мигания, сознательно придерживаете веки. От этого глаза, само собой, начинают слезиться. Включается мигательный рефлекс. Вы его притормаживаете сознанием. Но стоит воле на одну десятую секунды ослабеть (ведь не железная она у вас!), как рефлекс срабатывает. Вы это улавливаваете и приходите в ужас: «Опять мигнула». И делаете вывод: надо еще суровее следить за собой. Начинается чудовищная, нелепая игра «кто кого»: вы ли победите свой рефлекс или он вас? Будто бы и заняться в жизни больше нечем! В конечном счете — «он вас», ведь ему, рефлексу, миллионы лет, он нам от жаб достался по наследству, а вашему сознанию — давайте-ка прикинем, вам ведь двадцать лет — вашему сознанию всего годков семнадцать. А уж сознательной воле, воле «управительнице», и того меньше — лет пять— семь.

Вот и получается: чем реже вы хотите мигать, вкладывая в это хотение безотчетную тревогу, тем чаще мигаете. И чем меньше уверены в способности своей воли «удержать веки», тем больше наблюдаете за собой. А чем больше наблюдаете, тем сильнее слезятся глаза и тем активнее действует мигательный рефлекс.

...Поняли? Тогда я вам еще кое-что скажу. Обещаю гипнозом полностью устранить ваш симптом. Но и вы не будьте пассивны. Плюньте, наконец, на то, похожи вы или нет на «моргунчика». Как мигается, так и митайте. Когда возникает малейшая тревога — ах, ах, опять зачастили веки,— вы не сдерживайте их. Вы, наоборот, нахально хлопайте ресницами назло тем, кому это не понравится... Нельзя? Нехорошо?.. Понимаю: мама не велит. Ладно, будьте послушной девочкой и продолжайте бороться с мигательным рефлексом. Желаю успеха в борьбе! (Слова резкие, но слова — это лишь слова. Мы простились с Ниной, улыбаясь друг другу, как два заговорщика. Не поторопился ли я с категорическим обещанием устранить симптом? Но из нас двоих кто-то должен быть стопроцентно уверен в Нинином излечении. Естественно, что этот «кто-то» буду я: как-никак гипнолог, психотерапевт...)

Все я Нине рассказал о ее неврозе. Сам поверил и ее вроде убедил, что неизвестные «зет», «игрек» и даже «икс» полностью раскрыты. Кажется, все логично... Минуточку. А где же пресловутые команды из бессознательной психической сферы, которые, как я горячо доказывал В. В., лежат в основе Нининого моргания? Обойдемся и без этой версии? Успокоимся на том, что сознательная тревога пациентки то и дело срывает нормальную работу мигательного рефлекса?

Ну уж нет. Слишком сильно сказано, что тревога ее сознательная. Это ведь я, психотерапевт, дал ей осознать некоторые обстоятельства... Например, то обстоятельство, что страх не угодить матери с детства сложился в привычку следить за веками. Сама Нина не понимала этой зависимости. Она, конечно, знает, что ей сейчас плохо, разумеет от чего плохо, но без меня была бы не в состоянии ответить на такой вопрос:

— Ну и что? Почему, когда плохо, усиливается моргание, а не ноет, скажем, сердце, как у многих, не болит живот, не скрежещут зубы и так далее!.. Стало быть, отчего появляется именно моргание, до последних дней оставалось тайной для сознания Нины. Была там идея «моргаю». Была идея «опять мать может накинуться на меня». А связи этих идей не было. Осталась она за пределами сознания, эта связь. Может быть, есть еще какие-то тайны, скрытые от сознания девушки? Например, если поставить вопрос так: — Для чего моргаешь? Нина возмутилась бы, услышав подобное. Она ведь сознательно борется с морганием, искренне его не хочет. А ее собираются уличить в умышленных действиях. Чуть ли не в симуляции!.. Но если бы я осмыслил ее симптом как поведенческий акт, то есть серию команд, возникших «от чего-нибудь» и «для чего-нибудь», тогда версия об участии бессознательной психики в этом деле вновь обрела бы право на существование. Попробую. Позволю себе полностью раскрепоститься: фантазии так фантазии.

Первое, что приходит в голову. Моргание для того, чтобы показать: «Я больна, мне стало хуже, мне плохо». Кому показать? Не знаю. Виктору Петровичу, может быть. Чтобы поскорее решился преодолеть все трудности, наконец расписаться, зажить своей семьей. Или матери. Чтобы почувствовала, до чего довела она родную дочь своей злостью и жадностью, нежеланием поселить у себя молодых. Может ли Нина осознать в себе эти скрытые побуждения? Не может. Она, что называется, порядочный человек и скорее презирает тех, кто «бьет на жалость». А бессознательное, но страстное желание любыми средствами выйти из затруднительного положения, тем не менее нашептывает: «Моргай!»

Но почему, я решил, что бессознательная команда «моргай» имеет исключительно практический смысл (дабы вырвать у окружающих то, чего хочется)?.. Бывает, правда, что этим дело и ограничивается. Но не в случае Нины. Тут что-то еще. Моргание для нее — одна из форм бунта, непослушания матери. Тем глубже укоренилась привычка моргать!.. Нину унижали, били, а она хотела настоять на своем, ответить, отомстить. Чем она, ребенок, могла ответить? Сознательными пакостями матери? Нет, это было слишком опасно.Оставался бессознательный бунт: в виде пакости делать то, в чем она «не виновата». Я не исключаю даже, что поначалу Нина была отчасти виновата в частом хлопанье ресницами. Подражала Леше, «заразилась» от него. Но потом произвольные движения век стали непроизвольными. Для того чтобы оставаться «не виноватой» при бунте: жертвой болезни, а не преступницей! Видимо, через некоторое время это поняла и мать. Перестала ругать за моргание: что возьмешь с убогой-то?..

А впоследствии всякий раз, когда чувство протеста против матери вспыхивало с новой силой, к векам летела неосознаваемая команда: «Моргай!» Моргать — стало для психики Нины общей формой нарушения запрета... Может быть, с самого начала в моргании выражалась привязанность к Леше — избыточно чувственная привязанность, на которую, как девочка видела, мать налагает категорический запрет... Ведь подражание «дяде» — знак солидарности с ним, тяги к нему... Если так, то моргая в общении с матерью, Нина с самого начала бессознательно отстаивала этим свое право на влечение.

А потом таким же образом отстаивала право на влечение к Николаю. А потом — на влечение к Виктору... Тут ведь еще вот в чем фокус: каждая вспышка Нининого влечения к кому-либо имеет роковой характер действий наперекор матери. Так ведь?..

Вот куда фантазии завели. Поневоле «приехал» к старику Фрейду. Что ж такого, ведь это был большой врач. Ловлю себя на чувстве, будто мне следует извиниться перед мужами науки за то, что вот эдак «приехал». Будто и надо мной, как над Ниной в детстве, может вдруг свистнуть ремень... Что за вздор, доктор! Думай, как думается, ищи истину там, где показалось,— шлепнула она хвостом по воде, да и нырнула в воду. А ты ее — на удочку! Надо просто забросить разные удочки. Фрейдистскую тоже. Поглядим, что еще скажет Нина, как еще себя поведет. Критиковать Фрейда и я умею. Не хуже других. Только не выплеснуть бы с водою и ребенка, как говорит об этом А. Е. Шерозия! Кстати. До чего же это любопытно, что очередной слом Нининых «душевных противовесов» произошел как раз с появлением на сцене давнего, но значимого персонажа: Леши, «дяди Леши», тут же начавшего водить в дом баб!..

Предыдущая       Следующая

Перейти к каталогу статей

загрузка...

Записки психотерапевта.


Симптомы невроза. Невроз или начало психоза?
Психические неполадки.
Бессознательное и неосознаваемое.
Фиксированная установка. Иллюзии.
Смена установок и объективация.
Ассоциативный эксперимент.
Бредовый психоз.
Личная жизнь. Источник неврозов.
Когда бессильна психиатрия.
Жизненные обстоятельства.
Психотерапия алкоголизма.
Больному о нем. Рассказ психотерапевта.
Как развивается ребенок.
Гармония становления мужчины и женщины.
Гипнотический сеанс.
Психотерапия. Пьянство и алкоголизм.
Унижение и неблагодарность. Амбиции.
Мучения и самооправдания алкоголика.
Понимание психолога.
Что такое психотерапия?

загрузка...