Унижение и неблагодарность. Амбиции.

 

 


Питание для продления жизни

Питание, здоровье и продолжительность жизни
Когда становятся стариками
В чем сущность старения
Ускорители старения
Избыточный вес
Умеренно - ограниченное питание
О калорийности питания
За счет чего надо ограничивать питание
Свойства жиров предупреждать атеросклероз
Холестерин - враг или друг?
Сливочное масло
Белки
Витамины
Противосклеротические витамины
Картофель
Минеральные соли
Оздоровители кишечника
Режим питания

 

 

20 апреля.
ДЕСЯТЫЙ СЕАНС
. Вот смех-то: Виктор приревновал Нину ко мне. Недоволен ее затянувшимися визитами. Ворчит.
— Правильно делает, что ворчит. Вы здоровы. Она теряется.
— Больше, значит, не приходить?
— Почему, приходите. Хотите — на гипноз, хотите - побеседовать. Аутотренингом дома начали заниматься?
— Начала.
— Значит, ваше улучшение будет стабильным. Но путь ко мне открыт. Если что-нибудь тревожит, милости прошу, позвоните заблаговременно, чтобы мне выкроить часок.
— А нельзя опять раз в неделю, как раньше?
— Можно и это.
Я ее понимаю. Пусть Виктор чувствует, что он у нее свет в окошке. Есть и еще место, где она может душу отвести.

23 апреля.
КАКОЙ СОЛНЕЧНЫЙ СЕГОДНЯ ДЕНЬ!
Переходя из в корпус, я заметил на скамье больничного сада старика и двух женщин: идет оживленная беседа. Прислушиваюсь: женщина помоложе нашла, видимо, зазор для своей реплики между внушительными высказываниями соседей и хочет, в свою очередь, не ударить в грязь лицом.
— А мне доктор сказал: у вас, говорит, такое сочетание болезней, какое встречается один раз в сто лет.
— Ну уж, в сто,— хмурится старик: его раздражают выскочки.
— А тебе прокол печени делали?— вступает та, что постарше. Дальнейшего не разбираю, но ясно, что «прокол» долже поставить выскочку на место. Этого она в отличие от задавше не испытала, так что...
Чем только не хвастают люди!
Вчера была вечеринка у малознакомых людей. Публика солидная: хорошие посты, высокая зарплата. Кто-то участливо спросил нас с женой: «Вы тоже на колесах?» Отрицательный oтвет встречен с пониманием: ведь погода еще не блеск, да и надо хоть когда-нибудь выпить толком... Беседа то и дело возвращалась к пресловутым колесам. Было похоже на то, что люди никак не придут в себя от радости, завладев автомобилем. Один из гостей принялся рассказывать о своем приезде в прошлой осенью: часть улицы у гостиницы разрыли под метро, проезд затруднен, машина буксует в грязи и т. п. Внешне - иронический рассказ бывалого водителя о дорожных передрягах. Но скрытой и, вероятно, несознаваемой целью рассказчика было, по-моему, снова и снова посмаковать упоительный факт: «У меня «Жигули». Я езжу по стране на своей машине».

Вдруг в моей памяти всплыла картина тбилисской улицы, и что-то потянуло за язык: — Это у гостиницы «Абхазия»?

Он подтвердил, а я поймал себя на чувстве глубокой досады. Ну зачем, зачем? Какая мне разница, у «Абхазии» или нет? Выскочил я со своим вопросом с едва осознанной и все-таки определенной целью — показать: «Я тоже! И я там бывал! Меня этим не удивишь!»

Амбиция... Неистребимая человеческая склонность мнить себя лучше или хотя бы не хуже всякого другого. Мы отчаянно сопротивляемся, если кто-то хочет показать свое превосходство над нами. Может быть, в этом — суть унижения и секрет людской неблагодарности. Когда-то давно я видел в электричке: грабитель на перроне вырвал чемодан у человека в тамбуре за миг до того, как дверцы захлопнулись и поезд тронулся. Человек смотрел растерянно, чуть не плача. Кто-то насмешливо пробасил: «В другой раз не будешь растяпой». И тогда на смену огорчению пришла ярость. В ту пору я решил, что потерпевший просто нашел, на ком сорвать злость. Теперь смотрю на это под другим углом зрения. Пожалуй, грабитель задел человека меньше, чем непрошенный комментатор. Грабителю-то все равно, чей чемодан стащить — что уж подвернется, потерпевший для него неживой объект. Комментатор же демонстрирует свое личное превосходство над потерпевшим: со мной-де, умным, такого бы не случилось... Вор, он просто украл (воровское дело), а этот — унизил. Я понимаю ожесточение униженного.

Конечно, и вор унизил: отнял собственность, обошелся, как с пустым местом. Но свидетель твоего унижения равно ненавистен, насмешливый же свидетель — вдвойне. Какой-то древний инстинкт нашептывает нам: позволив кому-либо унизить тебя на глазах другого, ты даешь повод этому другому тоже унизить тебя. Кто дает себя топтать, того и кинутся топтать со всех сторон. Законы чести, разные и все-таки очень сходные у всех народов, не опираются ли они на этот инстинкт?

Написал предыдущее и внезапно понял, почему мой приятель Е. вот уже с год избегает моего общества. А я-то голову ломал! Чем провинился?.. Так случилось, что при мне у него произошел гадкий, тягостный скандал с женой; их словно прорвало — чего я только не услышал! Пришлось обоих унимать, отошли, сели все вместе выпить чайку, уже шутить начали. А потом — холод... Не я ли удерживал вас от предельного остервенения, не я ли примирил, не я ли... Но все правильно. Я был свидетелем их взаимного унижения, и хуже того — «наводил порядок», выступая с позиции более умного, более зрелого, более великодушного. Все эти «более» и подвели. Они ничуть не расположены признавать мое превосходство (я на нем, право, не настаиваю, мне оно полагалось по роли, но это дела не меняет). Если они примирились от души, то справедливо ставят это в заслугу самим себе, а не стороннему доброхоту. Если мир у них фальшивый, внешний, то законно ненавидят того, кто привел их к нему. Чтобы вернуть себе расположение этой пары, мне надо слукавить: позвонить или приехать в роли просителя. Ну хоть денег взаймы попросить, обязательно поплакавшись,— финансовые, мол, трудности. Как только они смогут взглянуть на меня сверху вниз, равновесие восстановится. «Человеческая комедия», да. Но я произношу эти слова без высокомерия. Еще не доказано, что я на их месте вел бы себя иначе.

Должно быть, поэтому меня так наглухо «забывают» иные из пациентов, кому я несомненно сделал добро. Мало того что доктор застал их в неприглядном состоянии духа — еще и облагодетельствовал!

Ясно, почему молодым врачом, подчеркнуто приветливым, преувеличенно чутким, я наталкивался на недоверие и замкнутость некоторых пациентов: благодетелей любят одни лицемеры. Нынче я бываю и хмур, и раздражителен, и рассеян, а тянутся ко мне больше.

Момент унижения объясняет и извечную людскую неблагодарность. Я не уверен, что надо отдавать ближнему последнюю рубашку — с себя сняв! — не унизите ли вы его своим превосходством в жертвенности? Отдать-то отдайте, если кажется, что иначе поступить нельзя; не следует только ожидать в будущем любви как «отплаты» этого человека. Не стоит удивляться и его неожиданной неприязни. Если у вас десять рубашек, и одну вы дарите обносившемуся, тоже благодарности не ждите, вы продемонстрировали ему свое превосходство в достатке, а стало быть унизили: на, мол, тебе на бедность твою. Рубашку отдавать лучше всего предпоследнюю. Тогда человек чувствует, что вы делает ему добро не «с жиру» и не возомнив себя святым, а воистину по-братски. Придет время, и он тоже сочтет естественным оказать вам помощь.

Амбиция. Проделываю мысленный эксперимент: ставлю перед глазами тех, кого склонен считать безусловно ниже себя. Интересно, что они обо мне думают? Не сомневаюсь: каждый из них уверен в своем превосходстве надо мной. Тот, кого я числю в мерзавцах, считает себя умней; лодырь — душевно тоньше; выхолощенный чудак — одухотвореннее; грязный распутник — богаче жизненной силой. Они не правы? Но откуда известно, что я npaв? Нет, надо оставить людям их амбицию (мне тоже), принять ее как неизбежность, а не ломать ее, ожесточая людей унижением. Чего бы мы ни хотели от человека, как бы ни надеялись eго переделать, нельзя вышибать из-под него исходное чувство собственного достоинства — этак все благие начинания приведут ад. Может быть, это «исходное» — в ранге инстинкта жизни, что-то животно-необходимое, чтобы удержаться на этом вращающемся шаре. И каждый держится, за что может ухватиться: этот за достойных предков, тот — за деловые успехи, этот — за редкостную свою доброту, тот — за смекалку и оборотистость, этот — за богатство, тот — за честную бедность, этот — за отменное здоровье, тот — за какую-то особую болезнь, этот — за число людей, которых ему удается мучить, тот — за тяжесть мук, которые доводится терпеть...

Предыдущая       Следующая

Перейти к каталогу статей

загрузка...

Записки психотерапевта.


Симптомы невроза. Невроз или начало психоза?
Психические неполадки.
Бессознательное и неосознаваемое.
Фиксированная установка. Иллюзии.
Смена установок и объективация.
Ассоциативный эксперимент.
Бредовый психоз.
Личная жизнь. Источник неврозов.
Когда бессильна психиатрия.
Жизненные обстоятельства.
Психотерапия алкоголизма.
Больному о нем. Рассказ психотерапевта.
Как развивается ребенок.
Гармония становления мужчины и женщины.
Гипнотический сеанс.
Психотерапия. Пьянство и алкоголизм.
Унижение и неблагодарность. Амбиции.
Мучения и самооправдания алкоголика.
Понимание психолога.
Что такое психотерапия?

загрузка...